Главная » воздушные змеи / kites » дизайнеры » Карл Робертшоу / Carl Robertshaw

Карл Робертшоу / Carl Robertshaw

Карл Робертшоу — икона в мире спортивных змеев, пятикратный чемпион мира, автор не только лучших соревновательных змеев, но и прекрасных одностропных конструкций.

Интервью Карла Робертшоу французскому онлайн-журналу Addict Kite.

— Для начала можешь немного рассказать о своей биографии, жизни в мире воздушных змеев? Сколько тебе лет, когда ты начал запускать змеев? В каких дисциплинах соревновался, и какие награды получил?

— Меня всегда привлекало то, что летает: птицы, самолёты, воздушные змеи. Когда был маленьким, я делал змеев и модели самолётов. Думаю, первый змей у меня появился в 3 года. Свой же первый современный змей (из рипстопа и стекловолокна) я сделал в 15 или 16 лет. Впервые попав в магазин The Kite Store в Лондоне, где я увидел на витринах эти невероятные высокотехнологичные спортивные змеи, а также журналы и видео соревнований в Америке, мне захотелось большего! Домой я ушёл с материалом и трубками, чтобы делать своих змеев. К моему удивлению они летали, для меня это был успех. Кто-то из друзей моей мамы отдал мне старую швейную машинку, но она не работала. Мне всегда интересно, как что-то работает, поэтому две недели я провёл за изучением машинки и в итоге заставил её снова шить. С её помощью я сделал ещё пару змеев, и они тоже летали, что, конечно, воодушевляло. Я всё больше и больше погружался в этот мир. Видео с чемпионатов по пилотажу на Великих озёрах и такие журналы как SKQ и American Kite открыли для меня соревнования на этих технологичных спортивных змеях. Тогда я решил узнать об этом больше.
В следующем году я начал учиться в университете и переехал в Лондон. Получилось так, что жил я буквально за углом от The Kite Store. Я заходил туда каждый день, задавал вопросы, замерял змеев на стенах и делал своих! Я принял участие в нескольких местных соревнованиях, но ни одного приза за свой полёт не получил. Я выиграл только новый змей Sandpiper от Криса Матерсона (Chris Matherson) в качестве приза за лучшее отношение в одной из лиг. Я был в восторге.
На первом курсе мне удалось попасть в программу обмена студентами с Университетом Нового Южного Уэльса в Австралии. Я собрал все деньги, которые у меня были, и купил такие билеты, чтобы по дороге туда побывать на Гавайях, а по дороге обратно в Сан Диего. Чтобы вживую увидеть команды High Performance на Гавайях и Top of the Line в Сан Диего.
Меня не было полгода. Я летал каждый день, участвовал в национальных чемпионатах Австралии (в то время там было больше 80 пилотов в одних только индивидуальных полётах) и я выиграл!
Я столькому научился за своё отсутствие и настолько был во всём этом, что когда вернулся в Лондон, я очень хотел летать в команде. Я познакомился с Джереми и Ником, которые только ушли из прошлой команды, и мы создали Airkraft.
В 1993, в свой первый год, Airkraft выиграла все соревнования и заняла второе место (на первом — High Performance) на Чемпионате мира в Беркли, США. В 1994 мы поменяли расстановку на земле, и к нам присоединился мой брат Джеймс, после чего мы продолжили выигрывать почти во всех соревнованиях и опять стали вторыми на Чемпионате мира. 1995 принёс нам звание чемпионов мира, мы были первой командой не из Штатов, сумевших взять главный приз. Затем мы соревновались ещё два года.
Точной статистики не вспомню, но, думаю, мы неизменно входили в двойку сильнейших команд все пять лет, которые мы соревновались.
Со времён Airkraft мы с Джеймсом соревновались и как пара — Pairkraft и Evolver — и выиграли все соревнования, в которых участвовали, в 1999 и 2000 (включая соревнования на Великих озёрах и в Вайлдвуде, США).
Позже я участвовал в соревнованиях в составе The Scratch Bunnies. Вместе мы три раза подряд становились чемпионами мира. Всего я становился чемпионом мира пять раз: в командных выступлениях в двух командах и индивидуально на четырёхстропнике. Индивидуально я также выигрывал британские национальные соревнования и Чемпионаты Европы, в сумме десять раз. Я дважды уходил из соревнований. А сейчас с нетерпением жду, когда буду делиться опытом с командами на Чемпионате мира, как я это делал в 2016.

— Но ты ведь не только пилот! Чем ещё ты занимаешься? Кем работаешь? Чем зарабатываешь на жизнь? Есть ли у тебя какие-то ещё увлечения?

— Да, я не только пилот. Я люблю змеев: разрабатывать их и создавать. И я делаю больше одностропников, чем спортивных змеев, несмотря на то, что большинству я известен своей деятельностью в мире спортивных змеев.
Я живу в Лондоне, и я дизайнер на фрилансе, работаю с мероприятиями в области искусства и культуры. Большая часть моих работ основывается на знаниях из мира воздушных змеев, и благодаря художественному образованию я сильно связан с искусством. Обычно я работаю в команде, которая создаётся под каждый конкретный проект. Я могу работать над несколькими проектами одновременно. Поэтому одинаковых дней у меня не бывает. Проще объяснить, что я делаю, с помощью картинок. Мой сайт — это моё портфолио, отражающее что я делаю: carlrobertshaw.com
Мне нравится работать с хорошими людьми, ведь работу делают люди. Я не берусь за проект, если люди не кажутся мне хорошими. Неважно, насколько хорошим выглядит проект. Я знаю, что хороший проект с плохими людьми выливается в плохой проект. И наоборот.
У меня есть своя студия (но не дома) и домашний офис. Я часто могу работать заграницей, а затем несколько дней подряд только из дома. Даже если я работаю в команде, я работаю по своему графику и мне нужно подпитывать свою мотивацию, чтобы проект развивался.
Бывает, у меня останавливается кто-то из зарубежных друзей по змеям, и первое, что они спрашивают — это «У тебя здесь нет змеев?!». Они очень удивляются, что змеев у меня совершенно не видно. На стенах висят картины друзей. Я люблю проводить с ними время, в том числе на природе, рисуя.

— Ты летаешь уже больше 20 лет. В чём твой секрет? Эволюционировал ли как-то пилотаж с девяностых? Что ты думаешь об уровне соревнований? Например, о Чемпионате мира среди команд.

— Как быстро летит время. Я летаю так давно, но если вспоминать это всё, нет ощущения, что прошло столько времени! Секрет в том, что секрета нет. Зато есть много тяжёлой работы и упорства, которые везде приведут к успеху. Возьмите эксперта в любой области. У него за плечами столько ошибок и столько усвоенных уроков, что у него просто больше знаний и опыта, чем у тех с кем его сравнивают. Мне очень повезло работать с прекрасными режиссёрами и художниками, и их опыт лишь убедил меня в этом. 99% успеха — это тяжёлая работа, а 1% — удача.
Если говорить о соревнованиях и их уровне, мы, на мой взгляд, сейчас наблюдаем новый виток развития этого вида спорта. Всё движется по спирали: в девяностых был бум, до нулевых. Сейчас заканчиваются десятые, а в двадцатых, я думаю, мы увидим переосмысление того, как должен выглядеть мир спортивных змеев. Старые крепкие орешки, живущие в прошлом, уходят «на пенсию». Развивается новая школа, оставляющая старую школу в прошлом. Новые, перспективные пилоты уже разрабатывают новый подход, и мне очень нравится, что мы увидим появление новых талантов. Это прекрасное будущее.

— Ты летаешь и двух-, и четырёхстропники. Как думаешь, есть ли разница в обучении? Некоторые говорят, что четырёхстропники для новичков тяжелее в освоении. С точки зрения профессионала они различаются?

— Я думаю, всё зависит от человека. Сказать что-то в общем трудно. Также во многом всё зависит от уровня подготовки и понимания. Также важен змей. Некоторые змеи прощают вам больше, некоторые очень требовательные и не подойдут новичку или человеку с опытом. Главное, не бросать что-то, потому что трудно. Вам может быть тяжело (или легко), но отдача от усвоенного будет невероятной. Может и не получиться, но по крайней мере надо пытаться, пытаться, и учиться…

— Какое самое впечатляющее выступление ты видел в качестве зрителя?

— Вау! Хороший вопрос. Придётся немного подумать, чтобы ответить на него! В моём топе их несколько. Конечно, первую строчку занимает пресижн Top of the Line на Чемпионате мира в Одаваре, Япония, в 1992 (я видел это вживую, пока учился в Австралии, я, делая змеев, накопил денег на поездку в Японию, чтобы увидеть этот Чемпионат).
Это лучшая рутина из когда-либо придуманных и лучше всего слётанная. Когда разбираешь рутину, понимаешь, что вся магия в том, как сделана эта программа, как построены переходы, и как искусно всё сплетено в единое целое. Эта рутина для меня — главный источник вдохновения для командных полётов.
Пресижн Ninja в Беркли, США, в 1993 тоже был очень сильным, а их контроль скорости завораживал. Я не могу найти видео с ними в интернете, поэтому единственное, что у меня есть, — это моя память. Я пытался воссоздать некоторые их движения, когда составлял программы.
Всегда приятно смотреть на High Performance, они умели порадовать зрителей. Их энергия и драматургия не оставляли никого равнодушным.
В программе на шестерых у Cerfs-Volants Folie, которую они летали в Берке под музыку из «Мулен Руж», были те же чистые эмоции и драматургия, а их элегантная хореография была на уровне High Performance.
Их много. Недавно я создал канал на Youtube, где как раз хочу собирать такие программы, чтобы их было легко найти в одном месте.

— Если летаешь в команде, не становится ли скучно летать в одиночку?

— Нет, мне нравится. Но могу сказать только за себя. Командные полёты — это много работы, организационные моменты, терпение, практика и это всё ещё до того, как вы взяли в руки змеев. Когда летаешь в команде, больше работаешь не в поле (по крайней мере, если в команде есть я).
Когда я летаю один, что в последнее время происходит на фестивалях во время демо-полётов или при тестировании прототипов, мне гораздо проще. Потому что организовать надо только себя и угодить надо только себе. Летая программы в одиночку, я импровизирую под музыку. Такой свободы в команде позволить невозможно.

— Можешь рассказать о своём новом четырёхстропнике Fulcrum. Какие у него преимущества перед Revolution?

— Думаю, этот вопрос возникнет ещё ни раз. Fulcrum основан на другом подходе, отличном от Revolution. Поэтому их не стоит сравнивать по одним критериям. Fulcrum разрабатывался, исходя из 4 строп. Он не основывается на предыдущем дизайне, который привычен. Преимущество Fulcrum в том, что он позволяет новичку научиться быстрее: он более интуитивно понятный и держит форму (например, крылья не складываются, отправляя змей в спираль, а также его можно поднять из любой позиции на земле).
Поскольку парус Fulcrum полностью разрабатывался в 3d CAD (у него есть выпуклые и вогнутые поверхности), он может делать трюки, которые делают двухстропные змеи. Он держит форму в разных ориентациях, что делает вращения предсказуемыми. Это также значит, что нет задержек при смене направления движения, но есть очень точный контроль скорости и чёткость.
Другое его преимущество в том, что это серьёзный спортивный змей, смотрящий в будущее, а не отчаянно цепляющийся за прошлое.

— Чем ты занимаешься в данный момент? Что ты летаешь?

— В этом году я летал больше обычного, потому что тестировал окончательные прототипы Fulcrum. Сейчас у меня в работе несколько проектов, которые занимают много времени и внимания. Я не запускал змеев с августа, но возможно удастся полетать в середине января. Звучит так, будто я не хочу выходить на улицу и летать, но я хочу! И когда это произойдёт, я буду счастлив!

— Каким ты видишь своё будущее в мире змеев? У тебя есть проекты? Что мы можем пожелать тебе на будущее?

— Будущее неизвестно, мы можем лишь работать над тем, чтобы оно было наилучшим. Думаю, у соревнований появится новая форма, появятся новые команды, которые покажут нам что-то, о чём мы никогда даже не думали. Хочется, чтобы и у Fulcrum было своё место в этом будущем. И в спорте и вне его. Буду следить за тем, что делают с ним пилоты. В голове у меня есть проект инсталляций для фестиваля в Червии на следующий год. И я работаю над новыми одностропниками.
Один из проектов, над которыми я работаю сейчас, — это проект с уличным театром кукол, огромных кукол. Это сочетание больших змеев, воздушных шаров, натяжных конструкций и спектакля. Следите за новостями!

— Хочешь сказать что-нибудь ещё нашим читателям?

— Смотрите вверх! Это полезно для вашей души.